Неточные совпадения
Трещит по улицам сердитый тридцатиградусный мороз, визжит отчаянным бесом ведьма-вьюга, нахлобучивая на голову воротники шуб и шинелей, пудря усы людей и морды скотов, но приветливо светит вверху окошко где-нибудь, даже и в четвертом этаже; в уютной комнатке, при скромных стеариновых свечках, под шумок
самовара, ведется согревающий и сердце и душу разговор, читается светлая страница вдохновенного
русского поэта, какими наградил Бог свою Россию, и так возвышенно-пылко трепещет молодое сердце юноши, как не случается нигде в других землях и под полуденным роскошным небом.
— Вот все чай пью, — говорила она, спрятав ‹лицо› за
самоваром. — Пусть кипит вода, а не кровь. Я, знаешь, трусиха, заболев — боюсь, что умру. Какое противное, не
русское слово — умру.
Впрочем, всем другим нациям простительно не уметь наслаждаться хорошим чаем: надо знать, что значит чашка чаю, когда войдешь в трескучий, тридцатиградусный мороз в теплую комнату и сядешь около
самовара, чтоб оценить достоинство чая. С каким наслаждением пили мы чай, который привез нам в Нагасаки капитан Фуругельм! Ящик стоит 16 испанских талеров; в нем около 70
русских фунтов; и какой чай! У нас он продается не менее 5 руб. сер. за фунт.
Православие так же нужно Розанову для
русского стиля, как
самовар и блины.
Тогда, в 1895 году (то есть ровно 26 лет после нашего житья в Мадриде в 1869 году), я навестил его в приемный день его жены, когда он уже был в некотором роде"особа", жил в прекрасно обставленном особняке и на его пятичасовом чае перед хозяйкой красовался
русский посеребренный
самовар.
Самовар очень пригодился, и вообще
самовар есть самая необходимая
русская вещь, именно во всех катастрофах и несчастиях, особенно ужасных, внезапных и эксцентрических; даже мать выкушала две чашечки, конечно после чрезвычайных просьб и почти насилия.
Бабы продают булки,
русские мужики с
самоварами кричат сбитень горячий, и тут же на первых ступенях валяются заржавевшие ядра, бомбы, картечи и чугунные пушки разных калибров.
— Мицкевич — выше, — повторил Передонов. —
Русские — дурачье. Один
самовар изобрели, а больше ничего.
Как бы ни были велики барыши
русского простолюдина, единственное изменение в его домашнем быту будет заключаться в двух-трех лубочных картинках, прибитых вкривь и вкось и на живую нитку, стенных часах с расписным неизмеримым циферблатом и кукушкой, и медном, раз в век луженном, никогда не чищенном
самоваре.
Уборные для мужчин и дам были тоже приготовлены: кавалерам в холодном чулане, для согревания которого Дилетаев предполагал в день представления поставить три
самовара; а для дам — в соседней сторожке, которую по этому случаю оклеили обоями, а находящуюся в ней
русскую печь заставили ширмами.
Уйдя в кухню, он велел кухарке вскипятить
самовар, а потом стал показывать мне свои книги, — почти все научного характера: Бокль, Ляйель, Гартполь Лекки, Леббок, Тэйлор, Милль, Спенсер, Дарвин, а из
русских — Писарев, Добролюбов, Чернышевский, Пушкин, «Фрегат „Паллада“» Гончарова, Некрасов.
Вместо многих маленьких
русских оседлых помещиков будет только очень немного крупных, и притом таких, которые никогда в своих деревнях не сидят, —
самоваров на стол не ставят и за чаем по-русски не говорят.
А когда на двадцати пяти тысячах мест станут двадцать пять тысяч
русских помещичьих домиков, да в них перед окнами на балкончиках задымятся двадцать пять тысяч
самоваров и поедет сосед к соседу с семейством на тройках, заложенных по-русски, с валдайским колокольчиком под дутою, да с бубенцами, а на козлах отставной денщик в тверском шлыке с павлиньими перьями заведет: «Не одну во поле дороженьку», так это будет уже не Литва и не Велико-Польша, а Россия.
Это было нечто вроде диплома, выданного «действительному
русскому демократу Самбурскому» на звание «государственного
самовара» (samowara panstwa).
Когда принесены были баранина, яичница,
самовар, водка и вино из
русского погреба, которое с собой привезли французы, Рамбаль попросил Пьера принять участие в этом обеде и тотчас же сам, жадно и быстро, как здоровый и голодный человек, принялся есть, быстро пережевывая своими сильными зубами, беспрестанно причмокивая и приговаривая: excellent, exquis! [чудесно, превосходно!]